Записки жены программиста: альтернативный жених

14.03.2000 9092   Комментарии (0)

Записки жены программиста: альтернативный жених

[предыдущий выпуск]

После сеанса экзорсизма (изгоняния из квартиры бабулек) я с Сергеем некоторое время не виделась. Он довольно тяжело переживал внезапно возникшую чистоту в своей квартире, поэтому с большим усердием день за днем заново покрывал всю полезную площадь своими платами, винтиками, кабелечками и книжными справочниками, а я... У меня тоже произошли кое-какие события. Но обо всем по порядку.

Сижу как-то вечером дома, читаю. Внезапно раздается стук в дверь и одновременно со стуком в комнату влетает папашка.

- Нельзя, - говорю я по инерции. - Я не одета.

- Доча, - строго говорит папулька и садится ко мне на диван. - Тебе разве в институте не объясняли, что родителям врать не хорошо? Ты действительно бываешь не одета, когда отправляешься на дискотеку. А сейчас ты вовсе даже одета в джинсы и свитер. Или ты отныне решила носить паранджу, чтобы мужчина до замужества не увидел твоего лица? Это ты напрасно, потому что лицо у тебя - вполне даже ничего. Родители постарались. Хотя, - тут он подпустил шпильку, - ты его скоро испортишь курением.

- Во-первых, - говорю я, - стук в дверь обычно делается для того, чтобы там же, в смысле - за дверью, выслушать ответ - можно ли войти или нельзя.

- А что такого, - возмущается папулька, - в том, что родитель решил зайти выяснить - чем дышит его кровиночка.

- Его кровиночка по-прежнему дышит вонючим московским воздухом, - язвительно говорю я. - Кроме того, вы еще не дослушали что там во-вторых...

- А что во-вторых? - интересуется папулька.

- Во-вторых, - невозмутимо продолжаю я, - может быть мой дорогой папулька сразу перейдет к цели своего визита? А то у меня Анастасия Каменская вот-вот схватит главного преступника за эти... как их...

- Да понял я, понял, - торопливо говорит папулька.

- А я не хочу пропустить этот волнующий момент, - заканчиваю я.

- Так ты что, - спрашивает папулька, и в его глазах появляется неподдельный ужас, - читаешь Маринину?

Я на него внимательно посмотрела, но ничего не сказала. Все-таки иногда я чувствую, что головой больше пошла в мамульку. Папулька у меня хоть и умный, но иногда такое брякнет... Остается только радоваться, что как правило это происходит в тот момент, когда рядом никого нет.

- Да, - говорю я очень спокойно. - Я читаю Маринину. Более того! Я даже иногда читаю Стаута и Гарднера. И даже, - произношу я совсем зловеще, - по выходным читаю МОСКОВСКИЙ КОМСОМОЛЕЦ!

Папулька обмирает от моего зловещего голоса.

- Ну что? - ору я на всю комнату. - Пришел в ужас от глубины морального падения своей дочки, а?

- Постой, постой, - растеряно говорит папулька, - да я ничего такого не хотел сказать. Ну просто детективы - это же отстой...

- Плохие детективы - это отстой. А хорошие детективы - это средство расслабиться и получить удовольствие, - твердо заявляю я.

- Да я, в общем-то, и не спорю, - сдается папулька. - Но просто хочется, чтобы дочка могла поддержать разговор в приличном обществе. Не зря же я потратил такие дикие деньги на твое среднее образование.

- Среднее образование у меня, между прочим, было бесплатное, - напоминаю я.

- Это для тебя бесплатное, - язвительно говорит папулька. - А сколько я всего в твою школу перетаскал - не сосчитать. Тебе бы в жизни по истории пять не поставили, если бы я туда пятый том сочинений Ленина с его личным автографом не притащил.

- Ну да, - сказала я. - Помню-помню. Ты еще этот автограф полночи чернильной ручкой выводил.

- Нет, ну ничего себе! - возмутился папулька. - И это называется дочерняя благодарность?

- Дочерней бывает компания, - говорю я. - А благодарность бывает заслуженной или незаслуженной.

- Слушай, - сказал папулька, - ты меня совсем заболтала. Я же к тебе пришел с целью что-то сказать.

- Я внимательно слушаю, - говорю я. - Вероятно, ты решил сказать, что настолько вдохновлен моими успехами в институте, что на лето отправляешь дочурку отдыхать на Канары.

- Дались тебе эти Канары, - рассеянно говорит папулька, пытаясь что-то вспомнить. - В Сочи отдохнешь не хуже.

- Ну значит, - говорю я, - ты пришел побеседовать со мной о литературе.

Тут папулька бросает взгляд на мой книжный шкаф, читает название одного из корешков и говорит с таким возмущением, как будто уличил меня в диком преступлении: - Ага-а-а-а-а! "Поколение Пе". Так ты Пелевина читаешь?

- Ну да, - лениво говорю я. - Почитываю. А что?

- Я вчера слушал передачу, - торжественно говорит папулька, - так один умный человек говорил, что Пелевина за писателя не считает, потому что он, мол, о России пишет без боли.

Я некоторое время внимательно смотрю на папульку и ничего не говорю.

- Что? - начинает он нервничать. - Что ты так смотришь?

- Знаешь, папульчик, - говорю я. - А если бы у Толстого не было обязательного для всех великих писателей геморроя, он бы тоже писателем не считался по классификации твоего "умного" человека?

- При чем тут Толстой? - защищается папулька. - Толстой был огромной глыбой, матерым человечищем. Ведь если подумать, то до этого графомана настоящего мужика в литературе-то и не было...

- Это Горький был огромной глыбой, - поправляю его я. - А Толстой был лучом света в темном царстве.

- Ну да, - говорит папулька. - И для Светы он был луч, и для Тани, - тут он посмотрел на меня, - и даже для Иры должен был стать лучом света, но Ира у нас читает Маринину и всякого Пилявина.

- Ты, папуль, чего-то путаешь, - говорю я. - Пилявин - это из "Песняров". "Молодость ма-а-а-ая-я-я-я-я, Белоруссияя-я-я", - завыла я на всю квартиру.

- Да не ори ты так! - закричал папулька, который действительно не выносит моего пения. Я так думаю, что это у него какое-то генетическое отклонение.

- Во-первых, -говорит папулька, - в "Песнярах" был не Пилявин, а Мулявин. А во-вторых, умный мужик совершенно прав. Пелевин - это не литература.

- А что это? - интересуюсь я. - Написано на бумаге. Люди читают. Значит литература.

- Пелевин это... - задумывается папулька, явно вспоминая слова этого умника из радио, - это результат бездуховности, вот! - торжествующе выдает он.

- Папуль, - ласково говорю я, - ты вчера же преферанс играл, да?

- Ну да, - подтверждает папульчик. - Преферанс по пятницам с деловыми партнерами. Святое дело.

- И, небось, пили там во время преферанса? - все так же ласково спрашиваю я.

- Понятное дело, что пили, - подтверждает папульчик. - Мы же русские люди. Почему бы не выпить в тяпницу, тем более, что этот день недели так и называется.

- По-моему, Борис Натанович, - говорю я, - вы все-таки не очень русский человек. Прямо-таки скажем - совсем не русский. Поэтому за вас наша общая мамулька замуж и вышла.

- Ну, не русский, зато руссифицированный, - спорит папульчик.

- Ладно, - говорю, - проехали вопрос вашей национальности.

- И вашей, между прочим, тоже, - добавляет папульчик.

- Моя национальность определяется по мамульчику, - парирую я.

- Это у евреев она определяется по мамульчику, - продолжает спорить папульчик.

- Вы что-то имеете против евреев? - осведомляюсь у него я.

Папульчик потрясенный замолкает.

- Вот так, - удовлетворенно говорю я. - Продолжаем допрос. Так вы, дорогой папульчик, во время преферанса выпили.

- Ну, не без этого, - признает папульчик. - Как полагает. Но никто не напивался. Свои 500-600 грамм, и все.

- Понятно, - говорю я. - После этого вы вернулись домой в состоянии летающих аквалангистов...

- Я не люблю, когда ты используешь выражения нашего с тобой общего мамульчика, - поморщившись, говорит папульчик.

- Сели на кухне, - продолжаю я, не давая себя сбить, - после чего домотались до радио, прям как пьяный папульчик до радио. Так?

- Что за выражения? - возмущается папульчик. - Я просто слушал радио.

- Вот и я об этом. А в пьяном состоянии, дорогой родитель, вам радио слушать вредно, - объясняю я. - Любой бред на тебя производит неизгладимое впечатление.

- Это почему это? - защищается папульчик.

- Да потому что, - говоря я. - Заявился ко мне в комнату непонятно зачем, сначала набросился на Маринину, затем и вовсе на Пелевина, а чего тебе надо - я так до сих пор и не поняла.

Папульчик задумался.

- Слушай, - наконец сказал он. - Я вспомнил!

Я подкинула в воздух книжку Марининой.

- Это что такое? - подозрительно спросил папульчик.

- Кричали женщины ура, - объяснила я, - и в воздух чепчики бросали.

- Понял, - сказал папульчик. - Короче говоря, я вчера на преферансе познакомился с классным молодым парнем.

- Ну? - подозрительно сказала я.

- Что ну? Классный, говорю, парень.

- И что? Ну не тяни ты, а то меня аж в дрожь бросает от твоих классных парней.

- Такой классный парень, - в третий раз повторил папульчик, и я сделала вид, что сейчас книжка Марининой полетит в него, - что я его на завтра пригласил к нам на ужин.

Я даже замолчала на минуту, слегка обалдев от такой новости.

- Зачем? - спросила я осторожно.

- Как это зачем? - удивился папульчик. - Чтобы ты с ним познакомилась. Должна же у тебя быть какая-то альтернатива этому Сергею компьютерщику.

- А что в твоем преферансном даровании такого альтернативного? - поинтересовалась я.

- Молодой парень... - начал папульчик.

- Сергей тоже молодой, - прервала его я.

- Отлично одевается, зарабатывает деньги и вообще - выглядит, как принц, - торжествующе заявил папульчик.

Я промолчала. Что мне на это было сказать?

- К тому же, - продолжил папульчик, - работает химиком.

- Ой, - сказала я. - Вечно в грязном халате и пальцы обожжены кислотами. Ничего себе ты вариантик любимой дочурке откопал.

- У него перспективное химическое производство, - заявил папульчик. - Вместо халата - костюм от Картье, а пальцы - как у пианиста. И в твоей любимой компьютерной технике разбирается, насколько я понял. Так что ты бы не отказывалась, а? - просительно сказал он. - Я же его уже пригласил, хоть и спьяну. Но он запомнил и сегодня уже звонил сказать, что завтра придет.

- Ладно, - сказала я. - Посмотрим на твоего протеже. Заодно будет чем Сергея подразнить, чтобы этот медведь не расслаблялся. Только учти, - и я папульчику строго погрозила пальцем, - я не даю никаких гарантий. Если парень окажется полным дебилом, получит по полной программе.

- Да не надо мне никаких гарантий, - заторопился папульчик. - Я же для тебя стараюсь. Чтобы, так сказать, не было безальтернативных выборов. Но я тебя прошу - ты с ним все-таки помягче...

- Ладно, - говорю я. - Как получится. Но в знак уважения к папульчику накрашусь и надену красивое платье.

- Спасибо, доча, - сказал папульчик, клюнул меня в щеку и заявил: - Ну, мне пора работать.

- Передай привет своему Lines-у, - сказала я, на что папульчик рассеянно кивнул, в уме находясь уже на пути к своей любимой игрушке, и выскочила из комнаты.

Ну и ладно, подумала я. Посмотрим завтра на этого химика. Может и правда на Сергее свет клином не сошелся?

[продолжение]

(полные "Записки жены программиста")

© 1998–2024 Alex Exler
14.03.2000

Комментарии 0