Отдых в Турции (Игорь дурит)

03.07.2001 10111   Комментарии (0)

Отдых в Турции (Игорь дурит)

[начало | предыдущий выпуск ]

На следующий день утром друзья должны были отправляться на экскурсию в Паммукале. Сергей еще с вечера попросил Игоря позвонить ему часов в семь утра - за пару часов до выезда, - чтобы успеть спокойно собраться и сделать три "П": помыться, побриться и позавтракать. Поэтому когда рано утром у него над ухом зазвонил телефон, Сергей не удивился, а спокойно открыл глаза, потянулся и взял трубку. Там, однако, раздался голос Иры, а не Игоря.

- Привет, - сказала Ира. - Дрыхнешь?>

- Странный вопрос, - ответил Сергей. - Если дрыхну, то как я могу одновременно с тобой разговаривать?

- А черт тебя знает, - сказала Ира, ничуть не смутившись. - Ты на многое способен.

- Точно, - ответил Сергей. - Я на многое способен. Но спать и одновременно разговаривать по телефону я не умею. Этим искусством древних я еще не овладел.

- Ну если не овладел, - сказала Ира, - тогда спускайся к нам. У нас Игорясик что-то задурил. Причем задурил весьма конкретно. Поездка в Паммукале под большой угрозой.

- Что значит "задурил"? - удивился Сергей. - Заболел, что ли?

- Да нет, - с досадой сказала Ира. - Именно задурил. Ты что, не знаешь, как Игорь может дурить?

- Знаю, - ответил Сергей, - но дурить он может примерно ста пятьюдесятью способами. Я же не знаю, каким именно он задурил сейчас...

- Ну так приходи и классифицируй, - раздраженно скомандовала Ира. - Что-то вы сегодня оба какие-то странные. Один дурит по полной программе, второй языком болтает вместо того, чтобы действовать.

- Да бегу я, бегу, - сказал Сергей. - Вот только побреюсь и бегу.

- Не время бриться, - сурово заявила Ира. - Приходи так, как есть. Я с тобой целоваться не буду, а Игорю уж точно все равно.

- Ну как знаете, - ответил Сергей, положил трубку, быстро умылся и отправился на первый этаж, где жили приятели.

Дверь ему открыла Ира, находящаяся в довольно раздраженном состоянии.

- Привет, - сказала она. - Проходи, полюбуйся на своего милого дружка.

Сергей зашел в комнату. Милый дружок лежал на постели в огромных семейных трусах, расписанных белочками и зайчиками, издавая какие-то странные звуки. Приглядевшись, Сергей заметил, что Игорь держит у губ расческу с кусочком туалетной бумаги, и сквозь это нехитрое приспособление выдувает некую мелодию.

Завидев приятеля, Игорь увеличил громкость звука и темп, сыграл несколько сложных пассажей, в экстазе мотая головой, а закончил этот концерт мощным финалом, от которого застучали в стенку соседи сразу и левого, и правого номера.

- Браво, - сказал Сергей. - Что это было? Чайковский? Первый концерт для туалетной бумаги и семейных трусов?

- Ну, типа того, - согласился Игорь. - Это была симфония протеста. Меня тут обижают и унижают со страшной силой, вот я и протестую.

- Его обижают, - фыркнула Ира. - Мало того, что он меня всю ночь мучил, так теперь послушай, что он требует.

- А что он требует? - спросил Сергей.

- Я хочу посмотреть педерачу, - заявил Игорь.

- Что-о-о? - переспросил Сергей.

- Педерачу, - объяснила Ира.

- Может, передачу? - попытался разобраться Сергей.

- В том-то и дело, что нет, - вздохнула Ира. - С утра меня мучает. Поставь ему педерачу и поставь. Включаю телевизор - так он говорит, что это не педерача, а черт знает что.

- Там по-турецки говорят, - капризно заявил Игорь. - Какая это педерача, когда там говорят по-турецки? Обман один.

- А что такое педерача? - спросил у него Сергей. - Передача про педерастов, что ли?

- Сам ты педераст! - возмутился Игорь. - Зоофил несчастный. Какие слова нехорошие другу говоришь.

- Ну так объясни тогда, - попросил Сергей.

- Как я тебе объясню, - сказал Игорь, - когда я сам не знаю? Я утром понял, что хочу посмотреть педерачу. А мне ее никто включить так и не смог. Теперь я страдаю и могу даже умереть лет через сорок.

С этими словами Игорь откинул голову на подушку и попытался изобразить, как именно он будет умирать.

- Плохо дело, - сказал Сергей. - Его явно переклинило. Где мы ему педерачу возьмем, если он сам не знает, что это такое?

- Вот именно, - согласилась Ира. - Причем переклинило его еще ночью. Ты знаешь, что он мне устроил?

Игорь снова взял в руки гребешок с куском бумаги и начал на нем наигрывать арию Иуды из рок-оперы "Иисус Христос - суперзвезда".

- Точно не знаю, - признался Сергей, - однако догадываюсь.

- Легли мы вчера спать, - начала рассказывать Ира. - Причем, как ты помнишь, легли довольно рано. Я быстро заснула, а он смотрел по телевизору какую-то педерачу.

- Передачу, - сказал Игорь, оторвавшись от своего занятия. - Это была обычная передача. Педерачу я бы сразу узнал.

- Вдруг он меня будит, - продолжала Ира, не обращая на Игоря никакого внимания, - и заявляет, что дико хочет кушать. Настолько дико, что если я сейчас не сбегаю и не принесу ему что-нибудь пожрать, то он умрет в страшных мучениях.

- Ну и нахальство, - пожалел девушку Сергей. - Как будто он не мог сам встать и сходить в ресторан.

- Он не мог, - объяснила Ира. - Этот негодяй сказал, что жуткий голод совершенно истощил его силы и настолько подорвал здоровье, что он теперь даже руку не может поднять.

- Да послала бы его и снова заснула, - посоветовал Сергей.

- Между прочим, - с достоинством ответила Ира, - я так и сделала.

- И что?

- Да ничего. Ты что, не знаешь этого негодяя? Он меня начал щипать. А когда я ему залепила подушкой, он достал этот гребешок и начал наигрывать какую-то, как он сказал, ночнушку.

- Это была "Маленькая ночная серенада" Моцарта, - объяснил Игорь. - Не понимаю, что ты имеешь против Моцарта.

- Как ты понимаешь, - продолжала рассказывать Сергею Ира, - от этой неземной музыки спать сразу расхочется, а захочется быстро умереть или хотя бы оглохнуть.

- Я так и знал, что ты ни черта не разбираешься в высоком искусстве, - заявил Игорь.

- Ну вот, - сказала Ира. - Мне ничего не оставалось делать, как встать и отправиться искать что-нибудь съестное этому троглодиту. Но было уже поздно, и ресторан давно закрылся. А в баре никакой еды не было, даже орешков. В конце концов в кафе рядом с бассейном совершенно случайно обнаружилась тетка из поваров, которая ставила в холодильник какие-то лепешки. Причем она даже по-русски не говорила. Я ей как могла объяснила, что муж у меня умирает от голода, она сильно удивилась, но дала две лепешки.

- И что? - спросил Сергей. - Игорек заявил, что лепешки не хочет, а хочет седло барана с трюфелями?

- Хуже, - сказала Ира. - Прихожу в номер, а этот свинтус уже дрыхнет. Представляешь? Спит без задних ног и только храпит. А я, как последняя дура, оббегала всю территорию, чтобы достать ему эти лепешки...

- Так и что? - совсем заинтересовался Сергей. - В чем проблема-то была?

- Понимаешь, - замялась Ира, - я пока бегала - сильно проголодалась. А лепешки пахли, как из пушки...

- Во-во, - сказал Игорь. - МОИ лепешки.

- И ты их съела, - догадался Сергей.

- Ну естественно, - согласилась Ира. - С большим удовольствием. Они были очень вкусные.

- МОИ лепешки, - повторил Игорь, отчетливо выделяя слово "мои", - были ужасно вкусные. И она сожрала их все, до последнего кусочка.

- И вот, - продолжила Ира, не обращая на Игоря никакого внимания, - как только я съела последний кусочек этой вкуснятины, просыпается твой дружок и начинает требовать свою жратву. Причем в номере сохранился шикарный запах этих лепешек, поэтому я даже не могу сказать, что ничего не нашла.

- Во-во, - сказал Игорь. - Я тебя сразу вывел на чистую воду.

- И что ты сделала? - спросил Сергей.

- А что мне было делать? - развела руками Ира. - Отправилась снова на поиски еды. Тетки в кафе уже не было, двери на кухню все были закрыты, и я ничего найти так и не смогла.

- Вот именно, - сказал Игорь. - Помирай муж тут от голодных спазмов - всем наплевать.

- Да молчи уже, - разозлилась Ира. - Выставил меня на посмешище. Я, как последняя дура, полночи моталась по отелю, выискивая еду.

- Неужели так ничего и не нашла? - спросил Сергей.

- Ну почему не нашла? Нашла, - ответила Ира и вдруг покраснела.

- Ой, - сказал Сергей. - Я что-то не то спросил?

- Да нет, - ответила Ира. - Дело в том, что я, оббегав второй раз всю территорию, пошла к ночному портье и стала ему плакаться. Тот, конечно, подумал, что у русских явно с головой не все в порядке, однако полез в свою сумку и дал мне бутерброд с сыром, который ему жена подготовила на ночное дежурство.

- Вот какие жены бывают, - прокомментировал Игорь. - Кормят мужей даже по ночам. Не то что моя жена, которой хоть трава не расти, хоть помирай тут муж к черту совсем от голодных мук.

- Ты видал какой гад? - кивнула Ира на Игоря. - Я из-за него у ночного портье последний бутерброд отобрала, а он еще и недоволен.

- Да чем мне быть довольным-то? - возмутился Игорь, приподнявшись на постели. - Дали мне какой-то куцый бутерброд вместо больших и духовитых лепешек. А теперь еще и удивляются, что у меня плохое настроение! Ладно еще, если бы дали педерачу посмотреть - так нет! - и Игорь возмущенно откинулся на подушку, поднес гребенку к губам и снова начал свои нанайские народные песни с легким уклоном в Чайковского.

[продолжение]

(все выпуски "Отдых в Турции")

© 1998–2024 Alex Exler
03.07.2001

Комментарии 0